Архе­ти­­пы. Трикс­­тер


index

trikster

Профессии, связанные с творчеством, требуют постоянного анализа человеческой культуры. Часто случается, что витающие в воздухе настроения и образы, задающие вектор нынешней моде, мы находим и в культуре прошлого. Множество аналогий можно провести между фигурами древнейших времен и современными трендами. Причиной тому может служить архетипическое сознание человечества.

Ризома запускает новую рубрику «Архетипы», в которой мы будем рассматривать, изучать и анализировать различные образы, имеющие место быть в культуре прошлого и настоящего.

Архетип — класс психических содержаний, события которого не имеют своего источника в отдельном индивиде. Специфика этих содержаний заключается в их принадлежности к типу, несущему в себе свойства всего человечества как некоего целого. Эти типы, или «архаические остатки», Юнг назвал архетипами, используя выражение Блаженного Августина.

Зеленский В.А. «Словарь аналитической психологии»

Трикстер

Для начала несколько образов: шут, альтруист, идеалист, служитель, аскет-пилигрим, полный внутренних противоречий и носящий маску циника, Тара (буддизм).

Скай-Феррейра

Лис Ренар, в книге Мишеля Роданжа.

Мой любимый архетип — это одинокий, склонный к рефлексии идеалист. Он не обременяет себя крепкими связями, избегает близких отношений (как правило, из-за боязни привязанностей, приводящих к страданиям), порой вообще ведет себя как последняя сволочь, но, тем не менее, всегда (сознательно или подсознательно) жаждет помочь людям, принести себя в жертву ради высокой цели. Ну хотя бы ради спасение человечества.

Древняя культура

trikster

Прометей, Гюстав Моро

Гуманистические черты Прометея получили развитие в поэзии романтизма, музыке и изобразительном искусстве.

Первым героем-романтиком в истории архетипов представляется Прометей. Не тот, что в фильме Ридли Скотта, а тот дерзкий титан, что похитил огонь и был прикован к скале в Колхиде.

Впрочем, этот персонаж достаточно прост и однозначен (сплошная трагедия, без высокого пафоса и внутреннего драматизма). Он титан, напрочь лишенный противоречий и сомнений, и в этом плане он далек от тех, ради кого приносит себя в жертву, т.е. людей.

Гораздо интереснее в этом отношении Азазель. В книге Еноха он представлен как демон пустыни, хотя это довольно поздняя трактовка. Изначально он был Херувимом и возглавлял отряд, который Бог послал на землю в помощь людям. Но есть проблема: ангел — это светлый дух, и просто так на земле жить не может. Поэтому ему и пришлось воплотиться, отказаться от своей идеальной сущности из-за любви к человеческому роду и Богу. Разве это не пример самопожертвования?

Дальше следует уже известный нам сюжет: его задачей становится обучение людей. Но с точки зрения античного сознания оружейное и военное искусство, браки с женщинами, знание астрономии и любовь к украшательству — это благо, а с точки зрения евреев — богопротивное дело. Поэтому Азазель был прикован Рафаилом к скале, где-то в глубине пустыни и в таком положении был обречен ждать страшного суда.

Средние века

Пространство культуры Средневековья обладает специфичной романтикой. Идеализированные образы благородных рыцарей (большинство из которых в действительности были жадными фанатиками), Робин Гуд, труппы бродячих артистов, юродивые, и, конечно, шуты. Особого внимания заслуживают последние.

trikater

Станчик Ян Матейко, 1862

Шут — единственный человек на королевском балу, опечаленный новостью, о взятии русскими Смоленска в 1514 году.

Шут как архетип — это отнюдь не дурак и весельчак. В первую очередь это очень сложная личность, глубокая и мудрая душа, созерцающая все слабости, недостатки и пороки человечества. Шут надевает маску простачка, чтобы скрыть внутреннюю боль и сострадание, обратить все в иронию и фарс. Физически он постоянно находится среди людей, но в тоже время личность его не с ними. Поэтому он одинок.

Современная культура

Сегодня в массовой культуре определенно прослеживается тенденция разрушения дуального восприятия; все чаще появляются персонажи со сложными, неоднозначными характерами, неординарные личности, ломающие стереотипы и клише. Они склонны к рефлексии, они постоянно задаются вопросом насколько правильно общепринятое представление о морали, и как оно соотносится с их внутренним восприятием. Сегодня мы можем увидеть и добрых вампиров, и благородных обитателей тюрем, и самоотверженных киллеров. Возможно причина в том, что мы просто устали от навязанных догм, мы хотим быть такими, какие мы есть — свободными духом, неидеальными, но стремящимися к своему, личному для каждого идеалу.

Много подобных персонажей можно обнаружить и в современной культуре. В качестве примеров можно указать следующих киногероев:

trikater

Габриэль («Ангел Света»)

trikater

Габриэль("Константин повелитель тьмы«)

trikater

Грегори Хаус («Доктор Хаус»)

Прототипом Хауса является Шерлок Холмс.

trikater

Северус Снейп («Гарри Поттер»)

trikater

Архангел Гавриил («Сверхъестественное»)

Спрятался на Земле, взяв образ фокусника, но не переставал быть Архангелом.

trikater

Локи («Тор», «Мстители»)

Черты Локи характерны для трикстеров: двуличность, хитрость, коварство.

trikater

Капитан Джек Воробей («Пираты Карибского моря»)

К этому же типу можно отнести и некоторых современных артистов-провокаторов.

P. S. «В образе лосося (Ίχθύς)»

Христос имеет если не все, то многие черты трикстера. Двойственная сущность (впрочем, классический трикстер имеет в т.ч. и звериное начало наряду с божественным, а этого в образе ИХ нет, если не считать отожествление Его с агнцем, т.е. жертвенным животным, или с козлом Азазеля — искупительная жертва; также змий, ср. Ин. 3:14-15). Демонстративное нарушение сакральных норм общества. Издевка над носителями этих норм. Демоничность с т.зр. представителей легитимной религиозности («силой веельзевула»).

Абмивалентность образа царя-шута, царя-раба. Половая неопределенность (девственник). Страдания и позорная смерть. Власть избавлять других от страданий, полученная благодаря собственному перенесению страданий («сам искушен быв, может и искушаемым помощи»). Близость к спасителю в д.сл. = тождеству со спасителем — ожидаемым мессией. Посредничество между небесным и земным мирами.

Царственный образ Христа сложился уже после непосредственно евангельской эпохи. Синоптики представляют, очевидно, пристрастный взгляд на Учителя. В противоположность евангелистам и раннехристианским писателям в иудаизме вырабатывается традиция взгляда на Иешу, где он предстает с утрированно отрицательными и гротескными чертами хитреца, наглеца и колдуна, «похитившего» Тайное имя Бога, т.е. имеем в д.сл. образ классического трикстера, но без положительного итогового значения, которое обычно получает деятельность трикстера.

Оригинал ogreshin

comments powered by Disqus